Новый роман прославленного итальянского ученого, романиста и публициста Умберто Эко под названием "Пражское кладбище" выходит в Италии в пятницу, сообщает издательство Bompiani, которое выпускает эту 500-страничную книгу гигантским для Италии тиражом в 200 тысяч экземпляров.



Подробности сюжета и даже обложка до самого последнего момента держались в тайне, а автор старался как можно меньше раздавать интервью о новом романе, выходящем спустя ровно 30 лет после его блестящего литературного дебюта - "Имени розы" (Il nome della rosa), благодаря которому профессор Болонского университета, популярный разве что в кругах ученых-семиотиков, превратился в мировую звезду.

Известно, что действие начинается в Париже, в марте 1897 года, а главный герой, капитан Симонини - авантюрист и фальшивомонетчик, который работает на тайные полиции половины государств Европы, а также плетет заговоры и готовит покушения. "Я постарался сделать из него самую циничную и неприятную фигуру во всей мировой литературе", - признался Эко.

Писатель объясняет, что "персонажи этого романа - не вымышленные. Все они жили на самом деле, кроме собственно главного героя, но включая его дедушку, автора загадочного послания аббату Банюэлю, породившего весь современный антисемитизм".

Тема иудеев и антисемитов будет ключевой, ведь Пражское кладбище - то самое место, где похоронен создатель Голема, раби Иегуда Лев бен Бецалель, а "Протоколами сионских мудрецов", в подробностях раскрывавших всемирный еврейский заговор, но оказавшихся фальшивкой, Эко занимался в 2005 году, готовя предисловие к "Секретной истории сионских мудрецов", вышедшей в издательстве Einaudi.

По словам Эко, его новая книга отсылает к романам с продолжением, которые были очень популярны с середины XIX века (именно в такой форме выходили, в частности, многие вещи Александра Дюма) до середины XX-го, и даже иллюстрации выполнены в том же стиле, "чтобы порадовать читателя, ностальгирующего по книгам времен отрочества".

"Девятнадцатый век оказался богат на события в той или иной степени чудовищные и загадочные - тут так и неразрешенная загадка смерти (итальянского писателя и публициста) Ипполито Ньево, и подделка "Протоколов сионских мудрецов", вдохновивших Гитлера на уничтожение евреев, и дело Дрейфуса, и бесконечные интриги, которые плели тайные полиции самых разных стран, и масонские секты, и иезуитские заговоры, и прочие события, которые показались бы достойными романа с продолжением, когда бы они не подтверждались подлинными документами", - комментирует писатель.

Он обещает, что в книге появятся "подделки и заговоры, эффектные повороты, подземелья, полные трупов, корабли, взлетающие на воздух посреди извержения вулкана, заколотые аббаты, нотариусы с накладными бородами, сатанистки-истерички, отправляющие черные мессы". Таким образом, утверждает Эко, "Пражское кладбище" с удовольствием прочтет "даже такой человек, который не подозревает, что все описанное имело место на самом деле, не разбирается в литературе позапрошлого века, зато всерьез относится ко всему, что написал какой-нибудь Дэн Браун".

Ну а идеальным читателем автор "Пражского кладбища" видит того, кто "знает или догадывается, что речь идет о реальных событиях, чувствует, как по ходу чтения на лбу проступает пот, начинает беспокойно оглядывается, избегает оставлять в квартире темные комнаты и подозревает, что нечто подобное может происходить и сегодня, даже прямо сейчас".

Книга будет переведена на русский язык той же Еленой Костюкович, что работает со всеми текстами Эко, для которого "Пражское кладбище" стало шестым романом. Его предыдущее художественное произведение, "Волшебное пламя королевы Лоаны", было опубликовано в 2004 году, а самая знаменитая вещь этого медиевиста и семиотика, обернувшегося детективщиком и романистом, - "Имя розы" - увидела свет осенью 1980 года.

Источник

"Кладбище Праги" Умберто Эко выйдет на украинском языке раньше, чем на русском

Новый роман итальянского писателя Умберто Эко "Кладбище Праги" на украинском языке поступит в продажу до конца августа, сообщил генеральный директор харьковского издательства "Фолио" Александр Красовицкий.

"Этот роман на русском языке еще не издавался, мы опередили своих коллег. Роман состоит из двух частей, которые объединяет общий герой — капитан-пройдоха, который, среди всего прочего, принимает активное участие в фальсификации протоколов сионских мудрецов", - рассказал А.Красовицкий корреспонденту агентства "Интерфакс-Украина".

Он также сообщил, что в издательстве выходят три книги норвежского писателя Эрленда Лу, который сентябре приедет в Украину с промо-туром, в рамках которого посетит Форум книгоиздателей во Львове и Киев.

Источник

Будем надеяться, что они опередили своих коллег без потери качества.

Книга поступит в продажу в конце ноября.

Умберто Эко — самый знаменитый итальянский литератор, историк культуры, философ, массмедиолог, лингвист, семиолог, университетский преподаватель, член ведущих мировых академий, лауреат крупнейших премий мира, кавалер Большого креста и Почетного Легиона, основатель и руководитель научных и художественных журналов, видный коллекционер древних книг и писатель-романист, один из главных авторов нашего времени.



Действие нового романа Эко разворачивается почти целиком во Франции, но последствия этой интриги трагически поразят потом целый мир. В центре событий довольно скоро окажется Россия, где в 1905 году была впервые напечатана знаменитая литературная подделка «Протоколы сионских мудрецов». В романе документально рассказано, чьими усилиями эта подделка была создана. Главный герой очень гадок, а все, что происходит с ним, и ужасно, и интересно. Автор, строя сюжет в духе Александра Дюма, протаскивает затаившего дыхание читателя по зловонным парижским клоакам и по бандитским притонам, вербует героя в гарибальдийское войско, заставляет его шпионить на все разведки и контрразведки мира, в том числе и на русскую охранку, укрощать истеричек из клиники доктора Шарко, распивать пиво с Зигмундом Фрейдом, форсить бок о бок со Свободой на баррикадах и даже участвовать в сатанинской мессе. Одновременно, как всегда, Умберто Эко выдает читателю в оболочке приключенческого романа огромный заряд знаний и идей.

Специально для наших покупателей отрывок из книги

Умберто Эко устал от романов

Знаменитый итальянский писатель, семиолог и медиевист Умберто Эко (Umberto Eco), выпустивший в октябре прошлого года свой шестой роман, «Пражское кладбище» (Il cimitero di Praga), мгновенно ставший бестселлером, не уверен, что продолжит литературную карьеру.

​«Каждый раз, когда я пишу роман, то по крайней мере два следующих года я уверен, что он последний. Потому что роман как ребенок — вы должны заботиться о нем, он начинает ходить, а потом говорить. Через два месяца мне стукнет восемьдесят. Наверное, я больше не буду писать новых романов, и человечество, наконец, почувствует себя в безопасности», — заявил Эко в интервью The Paris Review.

Шестой и последний на сегодняшний день роман Умберто Эко под названием «Пражское кладбище» вышел 29 октября в Италии. Издательство Bompiani выпустило 500-страничный фолиант гигантским для Италии тиражом 200 тысяч экземпляров. Сейчас уже продано несколько миллионов экземпляров книги, она держится на первом месте в рейтингах Италии, Испании, Бразилии, Мексики и других стран.

Главный герой романа, мизантроп и фальсификатор Симоне Симонини — одинаково ненавидит все национальности, расы и религии и сотрудничает со спецслужбами половины европейских стран.

По ходу повествования он изготовляет множество фальшивых книг, наиболее известной из которых становятся реально существующие «Протоколы сионских мудрецов», плагиат малоизвестного памфлета середины XIX века, направленного против Наполеона III под названием «Диалог в аду между Монтескье и Макиавелли».

Сам Эко в интервью сравнил деятельность Симонини с проектом WikiLeaks, который, однако, приобрел известность уже после выхода книги.

Среди героев романа — множество исторических персон, в том числе Зигмунд Фрейд, Эжен Сю и даже Лео Таксиль. Само Пражское кладбище — место, где похоронен легендарный создатель Голема, раввин бен Бецалель.

В сентябре этого года Умберто Эко был в числе претендентов на получение Нобелевской премии по литературе.

Источник

Перевод?

Эко и невидаль

В издательстве Corpus выходит русский перевод нового романа Умберто Эко "Пражское кладбище". Обозреватель "Власти" Сергей Ходнев увидел в нем не более чем традиционный для автора набор композиционных приемов.

Хорошо знающим прошлые романы Эко "Пражское кладбище" сулит сплошную радость узнавания. Например, давно подмечено, что Эко, будучи уроженцем Пьемонта, норовит так или иначе связать с теми краями героев всех своих книг. "Пражское кладбище" не исключение: главного героя книги, Симоне Симонини, много куда заносит на протяжении пятидесяти лет (почти всей второй половины XIX века), но родом он тоже из Пьемонта.

Особенно тесно "Пражское кладбище" связано с двумя романами о "героях, изобретающих некую грандиозную околесицу" (выражение самого Эко). Это, во-первых, "Маятник Фуко", книга о том, как всю мировую историю можно прочитать на патологический лад, видя в ней некий чудовищный заговор, который объединяет все мыслимые конспирологические теории. Собственно, именно из порой предостерегающе звучащего "Маятника Фуко" в новый роман Эко перешли и конспирологическая проблематика, и набор тех, в ком в разные времена чудилась "мировая закулиса" (масоны, иезуиты, евреи), и тема разнообразных наветов-памфлетов, главным из которых на сей раз оказываются "Протоколы сионских мудрецов". А во-вторых, прямым предком Симоне Симонини смотрится эковский Баудолино, вымышленный наперсник императора Фридриха Барбароссы, тоже гомерический лгун и фантазер, который то в интересах благого дела, то по случайности изобретает фикции, ненароком меняющие историю средневековой Европы.

Борьба Фридриха Барбароссы с итальянскими коммунами, может быть, не каждому покажется кладезем острых сюжетов, а вот предложенный в "Пражском кладбище" ассортимент исторических передряг должен заарканить любого современного читателя. И ассортимент действующих лиц — тоже. Своего героя Эко делает собеседником Дюма-отца и Фрейда, значимыми персонажами оказываются и объединитель Италии Гарибальди, и автор "Забавной Библии" Лео Таксиль. Вымышленный персонаж, как клянется сам писатель, в романе только один, и это Симоне Симонини.

Хотя и это герой со вполне реалистичной генеалогией. В конце 1790-х годов аббат Баррюэль опубликовал свои "Мемуары об истории якобинства", в которых изложил ставшую потом классикой в литературе такого пошиба схему: масоны происходят от тамплиеров, они устроили революцию, и вообще они враги человечества. Несколько лет спустя он получил письмо от некоего Симонини, который утверждал: да, вы правильно все раскопали, но на самом деле за всеми этими нелюдями стоят евреи. Вот этого-то Симонини Эко дает своему герою в деды. Почерпнутыми от дедушки отталкивающими описаниями еврейской расы книга и открывается.


Как напоминает "Пражское кладбище", в XIX веке появились сфабрикованные доказательства всемирного еврейского заговора

Отец героя, понятно, человек совсем другого поколения, друг свобод и противник всего реакционного, так что для него врагом номер один оказываются уже иезуиты, и юный Симоне знай мотает себе на ус. Формирование будущего злого гения конспирологии завершают романы Дюма — главным образом, конечно, "Жозеф Бальзамо" с его темой масонского заговора. Он находит "Универсальную форму комплота", которая состоит в том, чтобы "не предлагать вообще ничего оригинального, а только и предельно то, что уже известно или могло бы быть известно из других источников", потому что "все верят только тому, что уже знают". И тут со своим героем мог бы согласиться и сам автор, чья литературная карьера построена как раз на изысканном тасовании того, что уже известно.

Начав как подделыватель документов и мелкий провокатор, Симонини постепенно вовлекается в события европейского масштаба: так, ему поручают скомпрометировать слишком ретивых гарибальдийцев. Перебравшись во Францию, он продолжает, оставаясь в тени, кропать разоблачения то иезуитов, то масонов, то евреев. Эти фальшивки оборачиваются когда шумихой в желтой прессе, а когда делом Дрейфуса или теми самыми "Протоколами". И очередной всемирный заговор каждый раз оказывается кому-нибудь страшно нужен — если не спецслужбам, то медиамагнатам.

Кажется, Эко даже сам испугался того, что придуманный для нового романа изверг-авантюрист оказался неуловимо похожим на глубоко прогрессивного Баудолино, и не пожалел черных красок. Симонини мало того что космически бессовестный негодяй и убийца, он страдает расстройством памяти, и именно поэтому (после застольной беседы с молодым Фрейдом, стажирующимся у доктора Шарко) берется за записки. Обнаруживается, правда, что в эти мемуары вмешивается со своими порциями текста загадочный аббат Далла Пиккола, и его загадку приходится решать тоже на психиатрический манер. У Симонини плохо с женщинами (очевидно, после фрустрирующей детской встречи с еврейкой: Эко всегда был немножко вульгарным фрейдистом), все его сладострастие реализуется в обжорстве: всякие раки по-бордоски, черепаховые супы, устрицы, телячьи ребрышки "Фуайо" и дрозды в вишнях (рецептура иногда прилагается) окружены в книге каким-то пантагрюэлевским ореолом. Он поглощает, он ненавидит, но он не способен порождать: его творения — раз уж все верят только тому, что знают — не более чем бесконечные перелицовки с заменой иезуитов на масонов, масонов на евреев. Единственный момент его вроде бы чистого творчества — это былинный зачин, который он присочиняет к очередной антисемитской агитке: мол, представители двенадцати колен Израилевых в глухую полночь собираются строить зловещие планы на кладбище еврейского гетто в Праге (отсюда и название романа Эко). Но оказывается, что и это переработка отчасти Дюма, отчасти других, более поздних романов-фельетонов.

Французским романам с продолжением (в первую очередь "Агасферу" Эжена Сю и книжкам Понсон дю Террайля) "Пражское кладбище" вообще обязано многим. Оттуда почерпнут и стиль, и даже отобранные Эко гравированные иллюстрации.


Масонское братство навлекало на себя самые разные подозрения — от связей с евреями и подрывной революционной деятельности до сатанизма

Некоторые восприняли роман как оскорбительное произведение. Главный раввин Рима попенял Эко на то, что антисемитские филиппики у него выглядят слишком ярко и убедительно. Ярко, да, тут можно только согласиться, но все же нельзя не признать, что пострадавшими выглядят не одни евреи. Иезуитам и католической церкви тоже достается по первое число, однако рупор Ватикана, газета L'Osservatore Romano осторожно высказалась исключительно насчет антисемитских пассажей. Немецкому читателю тоже может быть не очень приятно прочесть, что "немец выделяет в среднем вдвое больше кала, чем француз... немцам как нации свойствен повышенный бромгидроз (смердячий пот)". Да и русскому читателю дается повод почувствовать себя неловко: "Протоколы сионских мудрецов" Симонини изготовляет по заказу охранки и вдобавок вдохновляется при этом Достоевским.

Все это можно списать на Симонини, но какой спрос с персонажа, озлобленного на весь род человеческий? Этой равномерной озлобленностью он и неудачен. Эко сам не замечает, как впадает в карикатурность, что жаль: только образ главного героя и его речь придает видимость художественной литературы тому возу документальных фактов, которые автор хочет сообщить читателю.

И вдобавок, как уже было сказано, факты эти даже для творчества самого Эко отнюдь не новы. Тема страха перед тайными обществами (или национальными сообществами), который можно разжигать в толпе и направлять по собственному желанию, была уже два десятка лет назад в "Маятнике Фуко" блестяще препарирована и, казалось бы, закрыта. Но нет, маститый автор вновь открывает свои папки и вновь комбинирует цитаты. В "Имени розы" Умберто Эко с высоконравственным прищуром выписал диалог на очень важную для постмодернизма тему. Мол, все в этом мире — текст, и убийство тоже продуцирует некий текст. Адсон и Вильгельм Баскервилльский соглашаются: чудовищно убить человека, чтобы сказать "тра-та-та", ужасно убить человека, чтобы сказать "верую во единого Бога". Но боюсь, что в таком случае написать книгу для того, чтобы сказать "тра-та-та", это тоже не очень хорошо.

Источник

История одной ненависти
Лиза Биргер о романе Умберто Эко "Пражское кладбище"

Шестой роман Умберто Эко вышел ровно год назад и с тех пор успел стать бестселлером в Италии, Испании, Франции и доброй части Латинской Америки и слегка потрепать нервы итальянских журналистов, католических священников и главного раввина Рима Риккардо ди Сеньи. Претензия у критиков в целом одна: в своем романе о зарождении антисемитизма в Европе XIX века Эко недостаточно обличает антисемитизм. Точнее, никак не обличает, представляя читателю разбираться самому. А читатель, известное дело, глуповат и может разобраться не в ту сторону. Но здесь ошибиться трудно: главный герой романа, почти в одиночестве сочинивший весь жидомасонский заговор, существо настолько отвратительное, что симпатизировать ему не получится ну никак.

Париж, 1897 год. Капитан Симон Симонини сводит в разрозненные записи все, что может вспомнить о своей прошлой жизни — прежде всего для того, чтобы по методу встретившегося ему как-то в ресторане "Маньи" австрийского доктора Фройда самоизлечиться от провалов в памяти и раздвоения личности. Рожденный в Турине, Симонини с юных лет работал со спецслужбами и ненавидел евреев. Он мастер подделывать почерки и, помимо фальшивых завещаний и накладных, фабриковал "документы" для пьемонтского Тайного отделения. После восстания Гарибальди за чрезмерное усердие в службе его отослали в Париж, где он продолжил якшаться с разведкой, попутно занимаясь делом своей жизни — сочинением "Протоколов" о ночном собрании еврейских раввинов на пражском кладбище и их заговоре против всего человечества. Книги, которую он впоследствии продаст российской охранке, а та уже прославит как "Протоколы сионских мудрецов".

Капитан Симонини — единственное полностью вымышленное лицо в романе, где все остальные так или иначе узнаваемы. И капитан Дрейфус, письмо которого на одном из этапов своей шпионской карьеры подделывает Симонини. И соратник Гарибальди — поэт Ипполито Ньево, которого он отправляет на дно вместе с бухгалтерскими книгами похода Гарибальди. И целая череда писателей: Морис Жоли, автор "Диалога в аду между Монтескье и Макиавелли", Герман Гедше, под псевдонимом Джон Ретклиф сочинивший "Ночь на еврейском кладбище в Праге", да и сам Александр Дюма, сочинитель "Монте-Кристо", впервые испугавший своих читателей масонами, и Лео Таксиль, 12 лет кропавший "для широкого читателя" масонские страшилки. Симонини и сам не лишен писательских амбиций, пусть и списывает свои "Протоколы" с малоизвестной книги Жоли, приправив традиционной ерундой из всех теорий заговора вместе взятых — от иезуитской до масонской. Но он же еще и читатель своего века, читатель, который безусловно верит в написанное. Сочинение его, изложенное на бумаге, становится "документальным отчетом". Он не сомневается в вине Дрейфуса, поскольку "сам и сделал его виноватым", и напоследок грозит евреям кулаком: "сами же пишут в своих "Протоколах", что цель оправдывает средства".

Да и ненависть Симонини к евреям — ненависть человека XIX века. Она досталась ему в наследство от деда (кстати, опять же реальной фигуры — итальянского офицера, сочинившего письмо аббату Баррюэлю, что во Французской революции виноваты евреи) и дальше росла, ничем не поддерживаемая, кроме самой себя: с евреями Симонини практически не встречается, и воспоминания его пестрят фразами вроде "я сам не видел, но мне рассказывали" и "никогда не встречал, потому что я их ненавижу". Но точно так же как дед подозревает евреев, "иезуиты — масонов, мой революционный папаша — иезуитов, монархи всей Европы — карбонариев". И так далее. Вслед за Дюма Симонини понимает главное: "нет счета всем людям, кто опасается, что против них плетутся заговоры". Остается одно — найти врага.

"Протоколы сионских мудрецов" возникают в прозе Эко не впервые: они фигурируют и в "Маятнике Фуко", и в целом ряде эссе. Очевидно, что, как филолога, преклоняющегося перед книгой и письменным словом, его не может не занимать роль этой не самой высококачественной подделки во всей дальнейшей истории двадцатого века. Как пишет в предисловии переводчик Елена Костюкович, читая роман, невозможно не знать и не помнить, что было дальше. Связав своим Симонини целую толпу действующих лиц, Эко делает "Протоколы" коллективным сочинением всех безумцев и фанатиков позапрошлого века. И делая главным героем итальянца, тем самым еще раз расписывается в коллективной европейской вине за все, что случилось после. Да, в романе, конечно, есть Дюма и шпионы и можно, как водится, вычитать кучу цитат из авантюрной литературы XIX века. Но трудно поверить, что именно увлекательный сюжет сделал "Пражское кладбище" европейским бестселлером. Тем более что шпионы еще не гарантируют увлекательного сюжета, да и последние романы Эко бестселлерами не были. Или же нам все еще интересно читать про оккультизм, масонство и заговоры, настоящие и выдуманные. И в сочинителе отражается читатель, до щекотки любящий, чтобы его попугали и постращали. А дальше — мы и правда все помним, что было дальше.

Источник

Интересную аналогию встречал в описаниях, Симонини называют "Форрестом Гампом 19-го столетия".